В последнее время некоторые российские интеллектуалы с тревогой заговорили о формировании в российском обществе так называемого "антизападного консенсуса". Речь идет о том, что многие несомненные противники существующего в РФ режима все чаще упрекают Запад в том, что именно он вскормил путинского монстра. Резко критические отклики вызвала, в частности, статья Григория Юдина "Увы, дело не в русских". Объектом критики стала, в частности, вот эта цитата:
Дело в том, что Владимир Путин слишком хорошо понял, как устроен современный мир, – распознал его слабости и рычаги, на которые нужно нажимать, чтобы им управлять. Построенный им в России общественный строй – это радикальный вариант современного неолиберального капитализма, где правит жадность, конечным мерилом является личное благо, а цинизм, ирония и нигилизм дают спасительное чувство легкого превосходства.
В этом высказывании усматривают сразу два греха:
1. Идейную капитуляцию перед путинистами, всегда строившими свою картину мира на том, что Запад устроен так же по-волчьи, как и Россия, просто научился лучше притворяться демократией, которой на самом деле не существует в природе.
2. Инфантильную попытку переложить на других ответственность русских за формирование в России нацистского режима, столкнувшего мир в большую войну.
Для меня не подлежит сомнению ответственность русских за нацистский режим Путина и развязанную им войну. За военные преступления российско-фашистских захватчиков, за кровь и страдания украинского народа. Сколько бы "партизанская социология" ни пыталась доказать, что поддержка войны не так велика, как показывают официальные опросы, остается неоспоримым фактом: значительное большинство российских граждан если и не поддержало войну с восторгом, то вполне спокойно с ней примирилось. Как с чем-то нормальным и естественным. И, в общем-то, не мешающим жить как ни в чем не бывало.
Они не безвинные и бессловесные жертвы растлителей из государственной пропагандистской машины и неблагоприятных исторических обстоятельств. Усыпить свою совесть, убедить себя в том, что так можно, что так устроен мир и с этим ничего не сделать, – это личный выбор каждого.
Выбор в пользу добровольной слепоты и бесчувствия. Это нравственное падение, нравственная катастрофа целого народа. И за это придется отвечать перед историей. Как ответили немцы. Я полностью присоединяюсь к словам Дмитрия Губина: сколь бы ни были западные демократии виновны в потворстве Гитлеру, в нацизм немцы скатились сами.
Немцы за свое ответили. Но ведь и либеральным демократиям пришлось заплатить за собственные ошибки. За свою близорукость и легкомыслие. За потворство Гитлеру. Пришлось заплатить огромными жертвами, понесенными ими в той войне. Означает ли признание их доли ответственности снятие ответственности с немцев? Не думаю.
Я не вижу у Григория Юдина попыток уйти от ответственности. Напротив, он резко выступает против попыток спрятаться от ответственности за весьма популярными среди российских либералов представлениями об особой русской матрице, особом менталитете, из-за которых Россия никогда не сможет стать демократией. Именно эти концепции представляют русских бессубъектными жертвами исторических обстоятельств.
Не вижу я у Юдина и идейной капитуляции перед путинистами. Либерально-капиталистическая цивилизация сложна и противоречива, как и любая другая. У нее есть свои светлые и свои темные стороны. Это и освобождение личности от пут традиционализма, развитие представлений о гуманизме, правах человека, демократии. Но это и то, о чем написал Юдин. И путинская Россия действительно показывает Западу, во что он может выродиться, если его приверженность гуманистическим и демократическим ценностям ослабеет. Если эти ценности будут вытеснены прагматизмом и конформизмом.
Западная цивилизация переживает серьезный глобальный кризис, имеющий вполне объективные причины. Он связан с завершением очередного модернизационного перехода – на этот раз постиндустриального. Столь кардинальные изменения в жизни людей всего за несколько десятилетий не могут не вызывать кризисные явления, напряжение в системе, конфликты, нестабильность. В такие моменты базовые начала цивилизации могут серьезно ослабнуть. И вполне естественно, что именно в такие моменты антимодернизационные силы пытаются контратаковать.
Мы уже проходили подобное при завершении индустриального перехода в начале XX века. Тогда контратакующие силы архаики бросили либеральной цивилизации вызов в форме фашизма. Фашизм тем и отличается от традиционных правоконсервативных диктатур, что он заводится не от недоразвитости общества, еще не прошедшего модернизацию. Он появился в странах, в которых индустриальный переход был либо уже завершен, либо близок к завершению. В странах, в которых уже сложились и демократические институты, и гражданское общество. Его задачей было не торможение их становления, а разрушение уже сложившегося.
Набирающие силу "автократии нового поколения" – это фашизм эпохи постиндустриального перехода. У него та же задача: обратить вспять распространение и развитие демократии, сломать выстроенные цивилизацией ограничения государственного насилия. Он возник не в наиболее отсталых, а в среднеразвитых постиндустриальных странах. И был порожден "издержками переходного периода".
Эти издержки тоже имеют свою объективную подоснову. Любой качественный модернизационный переход требует увеличения доли накопления в совокупном общественном продукте. За счет доли потребления, конечно – за счет чего же еще? Это увеличение доли накопления обеспечила пришедшая на смену позднеиндустриальной социал-либеральной модели переходная система, названная "моделью неолиберального капитализма". Она утверждалась под лозунгом возврата к изначальной свободе частного предпринимательства. Но вместе с ней вернулись и проблемы, казавшиеся уже преодоленными.
Именно эту конкретно-историческую экономическую модель, а вовсе не либерализм как таковой (вопреки утверждению Дмитрия Губина), подвергает критике Григорий Юдин. Но именно это не нравится его оппонентам, большинство из которых являются горячими поклонниками указанной модели.
И вот тут стоит вновь вспомнить об исторической ответственности за путинщину. Об ответственности не домохозяйки, прячущейся в скорлупку от создающих дискомфорт политических проблем, а российской либеральной интеллектуальной элиты.
Ведь это ее молитвами "неолиберальная модель" утверждалась в России форсированными темпами и методами, скажем так, не совсем корректными. И породила систему, которая смертельно боялась сменяемости власти, потому что любая передвижка власти тянула за собой передел собственности.
Сегодня выросший в России постнеонацистский монстр угрожает гуманистическим и демократическим основам либерально-капиталистической цивилизации. Он вырос в значительной степени благодаря ошибкам и просчетам самой этой цивилизации. И если попытки связать людоедам руки, втягивая их в многосторонние экономические связи, не сработала (что признает и Губин), мы вправе говорить как минимум о крайне низком уровне анализа ситуации и планирования. Для того чтобы помочь либеральной цивилизации отбиться.
Критика капитализма вообще идет ему на пользу. Во время Второй мировой войны такие видные леворадикальные критики капитализма, как Оруэлл и Маркузе, без колебаний пошли работать в агитпроп буржуазных демократий. И не только в агитпроп. Для победы Запада в сегодняшней схватке ему жизненно важно четко осознать, что он столкнулся с реинкарнацией фашизма. И Григорий Юдин вносит в это свой вклад. Ведь он один из немногих российских интеллектуалов, прямо говорящий о фашистском характере режима Путина.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
